В другой ситуации и в другом настроении Оля наверняка оценила бы несомненный комизм этой идиллической картины - бритоголовые мордовороты с пудовыми кулаками в роли кротких и прилежных домохозяек. Но сегодня ей было совсем не до смеха. Наоборот, вид этих старательных туповатых физиономий был ей отвратителен. Так и не зайдя на кухню, она вернулась к сыну.

У Макса зазвонил мобильник. Ольга слышала, как он негромко ответил:

- Да... На месте. Даю... - Макс появился на пороге и протянул ей телефон. - Оля, извини, это Саша...

- Слушаю, - стараясь говорить ровно, без эмоций, произнесла она.

- Оль, ты уж потерпи, моя хорошая, - раздался в трубке озабоченный голос Саши. - Мне придется здесь поторчать, пока я определюсь, что к чему...

- Хорошо, - бесцветным голосом ответила Оля.

- Отключи свою трубу - не забудь. И сама с нее не звони, проинструктировал ее муж. - Если что срочное - скажи Максу, он знает, как со мной связаться.

- Хорошо, - повторила она.

Белова насторожил подчеркнуто безучастный голос жены. Он понимал, что виноват перед нею, и ожидал от нее справедливых упреков, взрыва негодования, может быть, даже слез... Такой странный тон оказался для него абсолютной неожиданностью.

- Я люблю тебя, маленькая моя, - произнес он как можно нежнее.

- Я знаю, - сказала она так, словно он сообщил ей, что сегодня четверг.

Помолчав, Саша вздохнул и виновато спросил:

- Оль, ты в порядке?

- В полном порядке.

- А Ванька?

- В полнейшем, - все так же ровно ответила она и тут же нажала кнопку отбоя. Продолжать разговор с мужем дальше она не могла: боялась сорваться накричать или разрыдаться.

Оля вернула телефон Максу, села на диван к сыну и вдруг, уронив голову на сцепленные руки, чуть слышно простонала: